Ламия без инструкции, или Мои странные квартиранты

        Штормовые волны паники заполняют каждый миллиметр тела легкой дрожью, сковывающей длинные пальцы. Несмотря на пробивающиеся через тёмные шторы ресниц лучи закатного солнца, которые напоминающие о ясной погоде сурового февраля, ладони и нутро покрываются липким ледяным потом тревоги. Элегантно смотрится накрахмаленный воротник рубашки с аккуратно завязанным бантом с гранатовыми бусинами. Золотые пуговицы бархатного сарафана с трудом входят в узкие петли.

          Невольно засматриваюсь на специально подобранный миссис Ламией, моей новой квартиранткой, наряд, отмечаю про себя столь дорогую качественную ткань и готический стиль одежды, задумчиво хмурясь своему отражению. Это кажется странным.

        «Приглашаем Вас на ужин 13 февраля сего года  к 18.00 в честь дня рождения Луи. Не забудьте надеть приготовленный для Вас наряд», — цепляюсь взглядом за оставленное на книжной полочке письмо. Странные  мысли о связи прочитанных за последнее время книг в жанре фэнтези с событиями в моей жизни мелькают в голове. И кто сейчас отправляет сообщения таким путём? На желтоватой бумаге ярким пятном выделяется аккуратный каллиграфический почерк, а лежащий поблизости распечатанный конверт с сургучной печатью и эмблемой, напоминающей знатную аристократию, навевает тревожные мысли о предстоящем вечере. Уже начинает темнеть. Пора собираться.

            Просторная квартира в самом тихом уголке города, для которой соперником может послужить разве что огромный готический особняк в наилучшем районе, привлекала не только честных и ответственных квартирантов, но и избалованных особ, желавших отдохнуть от спешной суеты неоновых огней и визгов машин. Конечно, с таким успехом и ростом предложений мне, как хозяйке такой роскоши, следовало бы повысить цену эдак раза в два и поставить жесткие, но справедливые условия, однако мягкосердечный и простодушный характер вынудил  оставить всё без изменений и впускать на порог разных людей. А их было немало.

       Но однажды ко мне обратилась на редкость странная семья Ламия. И нельзя было сказать, что квартиранты отличались безобразным поведением. Наоборот, они поражали больше своей аристократичностью. Супружеская пара при первой встрече показалась мне очень вежливой и милой, а их дети были настоящими вундеркиндами с глубокими познаниями, особенно в философии и мифологии. Кстати, мои квартиранты привезли с собой также большое количество книг, так как работали, по их словам, в одной из ведущих лабораторий медицинского института, но среди научных пособий было немало  и старинных томов мистического содержания.

        Каждый раз при посещении новых жильцов для получения очередной платы я поражалась тому, что квартира сияла от блеска начищенных полов и мебели, посуда тоже была в идеальном состоянии.

      Меня также несколько смущал интерьер: всюду были расставлены старинные канделябры с ароматическими свечами (жильцы предпочитали их электричеству), и это было странно в наш век современных технологий. А ещё я не решалась спросить, откуда у них рыцарские                 доспехи, место которым было в музее.

 

                   Впрочем, это была на редкость гостеприимная семья, хотя зачастую даже неловко становилось, когда все же я оставалась у них на чаепитие: своими гордыми прямыми осанками и стеклянными взглядами эти люди будто вырезали на мне огромный прямоугольник стыда за свою сутулость и отсутствие такой пластичности и атласной бледной кожи. А после глава семейства играл на стоящем в углу фортепьяно старинные мелодии.

        И вот я снова иду в этот дом, когда – то родной и любимый, но за последние шесть месяцев пугающий меня. И почему я всё ещё терплю это? Что заставляет меня смиряться с причудами новых квартирантов? Я сама пока не могу дать ответы на эти вопросы.

      Несмотря на снежные хлопья, с детских лет вызывавшие чувство радости, на душе было неспокойно. Тёмная железная дверь открылась с большим трудом из-за замёрзших то ли от холода, то ли от страха рук.

      Как только я вошла в квартиру с характерным скрипом половиц, меня добродушно на пороге  встретил мистер Луи Ламия, глава семейства. Он, как истинный джентельмен, помог мне снять пальто и взял шляпу.

– Добрый вечер! Мы рады встрече с Вами,- вежливо сказал он.

-Здравствуйте, поздравляю Вас с днём рождения,- произнесла я, протягивая подарок-серебряный браслет для наручных часов (как–то при встрече я заметила, что кожаный ремешок давно износился и его пора менять).                                                                                                                                                     Луи открыл коробочку и тут же её захлопнул, как будто чего-то испугавшись.

       Заметив моё замешательство, именинник великодушно улыбнулся и  учтиво склонил голову в знак благодарности. В этот момент сверкнули в полумраке прихожей

отблески длинных клыков. От страха у меня подкосились ноги, я чуть не упала в обморок. Но тут услышала детский смех.

     – Это вставные вампирские челюсти. Папа надевает их по праздникам,- весело сказала  его дочь Розалин, видя моё удивление, хотя мне вовсе было не до шуток.

       -Ясно,- только и смогла ответить я. А в голове промелькнула мысль о том, что Хэллоуин уже давно прошёл.

      Одеты Ламия были, как всегда, безупречно. Супруга Клаудия  была не только педантичной хозяйкой, но и, выдающимся стилистом, хотя и  с небольшими  причудами. Гардероб полностью, как я узнала, подбирает она, чем и объясняется то, что все члены семьи носят исключительно чёрные и алые вещи, а из возможных аксессуаров можно заметить старинные кулоны на шеях.

       Перед взором предстал мрачный интерьер с обилием красных оттенков и  горящих декоративных свечей, создающих таинственную атмосферу. В глаза бросился череп, стоявший на комоде. Откуда он появился?! Предупредив мой вопрос, мистер Луи сказал, что этот предмет он принес из медицинского института для исследования. Я успокоилась, вспомнив, что мой квартирант является научным сотрудником.

     Почему –то сейчас вновь вспомнила случай с костями, выпавшими из шкафа. Они тоже, по всей видимости, предназначались для изучения. Как бы там ни было, но все же жутко чувствовала себя, особенно когда смотрела на старинные портреты, изображавшие предков их некогда знатного, как мне говорили, рода.

      Я взглянула на накрытый белоснежной скатертью стол. На нём стояли старинные приборы, а в центре алел букет роз в фарфоровой вазе. Тускло мерцали ароматические свечи в хрустальном  канделябре. На тарелках аккуратно была разложена кровяная колбаса. Этот деликатес, признаюсь, жутко смотрелся среди прочих мясных и овощных блюд. И все они, без соли и чеснока. Ещё в начале нашего знакомства Клаудия предупредила меня, что члены их семьи не являются поклонниками острой и солёной пищи. Но странным мне показалось лишь то, что никто из них не смог пройти через случайно рассыпанную мной горстку чесночной приправы.

— Не желаете чаю? – вежливо спросил мистер Ламия, ставя передо мной на блюдце чашечку, декорированную золотыми узорами.  Низкий басистый голос с хрипотцой околдовывал и усыплял не хуже снотворного, но сейчас, когда на меня в упор смотрели четыре пары глаз, будто прожигая во мне дыру, как на моих любимых шторах, которые они недавно спалили, пришлось коротко, без лишних слов кивнуть. Онемевшими пальцами я взяла чашку.

  Ужин проходил в тишине, не считая разве что едких высказываний Оливера и Розалин, детей супругов, по поводу шумных соседей, которые, по их мнению, слишком громко слушают музыку по вечерам и ругаются так, что даже слышно сквозь стены. Мурашки прошли по моей спине: насколько помнится, рядом жила спокойная пожилая семья, вряд ли она могла создавать какие-то неудобства. Но желание уйти домой усиливалось ежеминутно.

 -Оставайтесь с нами,- настойчиво предложила хозяйка семейства.

 -Благодарю за ужин, у меня дела,- ответила я, чувствуя, как от страха и голода

(ведь я ни к чему так и не притронулась, за исключением чая) что- то кольнуло внутри.

       Поспешно покидая помещение, заметила хищные взгляды моих квартирантов, они теперь не казались мне такими великодушными и милыми. Несмотря на подкашивающиеся ноги и ватное тело, бегу, словно в тумане, к машине двоюродного брата. Он всегда приходил на помощь ко мне с детских лет. А сегодня, предчувствуя неладное, я попросила кузена встретить меня после званого ужина. Он мне позже рассказал, что я крепко уснула в салоне машины. Видимо, так подействовало на меня успокоительное, которое я выпила незадолго до посещения своих квартирантов. Что было дальше, не помню. Благодарю Бога, что в такой ситуации рядом оказался близкий мне человек. Не знаю, фантазии ли всё это или ужасная реальность… Мне кажется, что у меня снимают квартиру сами вампиры, но я тут же одергиваю себя мыслью: ожившие покойники с клыками — детская байка.

        Ясно понимаю, что пришла пора проявить твёрдость характера и принять окончательное решение. Хватит ходить с осиновым колом и чесночной приправой, чтобы в случае чего высыпать её на моих жильцов. Надеюсь, за их вынужденное выселение вследствие моих страхов и подозрений я не стану вдобавок и экспонатом скелета, который они будут показывать своим гостям.

 

Мещанова Дана Руслановна, ученица 9 В класса школы №6

Научный руководитель: учитель русского языка и литературы Юсупова Эльвира Хакимжановна